Про космос

Читаю про планы Маска по колонизации Марса, а память услужливо разворачивает эту историю… История реальная

Это было на шестом курсе института. Я тогда подвизался в деканате, так сказать, максимально «светил лицом», в частности - помогал делать выпускной альбом курса. Поэтому был на виду у начальства и любим секретаршами. Вызывают меня однажды к декану. Он был хирург, лысый и страшный как Вольдеморт, курил по 3 пачки в день, стряхивая пепел в специальную пепельницу, вставленную в нагрудный карман рубашки. Как обычно бывает - в жизни оказался отличным мужиком… Захожу, а секретарша загадочным шепотом предупреждает:

— Дим, там еще ребят вызвали… пришел какой-то мужик, по виду КГБшник. Вы поаккуратнее, мало ли что

Кроме меня в предбаннике была еще пара малознакомых ребят с нашего потока. Декан приглашает в кабинет и говорит:

— Коллеги, вы все тут отличники. (А я тогда был отличником). Иван Иванович вам сейчас всё объяснит.

Напротив сидит плотный спортивный дядя хорошо за пятьдесят, улыбчивый и подвижный. Лицо живое и открытое, чувствуется, что это плоды долгих упорных тренировок… эдакая профессиональная простота и душевность. Короче, погоны на все плечо аж просвечивают через цивильный пиджак

Рассказывает, что он из Звездного городка, из космического отряда, что у СССР приоритетная программа — это развитие космоса, и что к двухтысячному году пилотируемый корабль полетит к Марсу. В составе пилотов должны быть медики, поэтому по всем мединститутам набирают отличников в потенциальный отряд. Очень красиво говорил - как это интересно и престижно, какие там зарплаты и премии, какая мощная наука и вообще статус. При этом постоянно напирал, что отбор очень серьезный по многим параметрам, в окончательный отряд войдут всего несколько человек. А я же молодой романтик, решил - лучше попробовать и пожалеть, чем не пробовать и жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Заполнил анкету листов на шесть, подписал очень большую и серьезную бумагу о неразглашении. Дядя все внимательно прочитал, периодически одаривая нас пытливым взглядом, собрал бумаги в портфель и говорит: «Приезжайте такого-то числа с вещами, дома скажите, что вас не будет 8 дней. В деканате мы уже все уладили». Дают адрес, это где-то у метро Щукинская.

Дома отнеслись спокойно, и поехал я в космонавты с легким сердцем, широко раскрытыми глазками и тощим баулом, где приютилась зубная щетка с бритвой, смена белья, тапочки да пара любимых книжек.

В назначенное время прибываю по адресу. Здание детского сада, раньше строили такие типовые двухэтажные здания буквой П со стеклянным переходом. Только сбоку неприметная табличка «Филиал института медико-биологических проблем». Звоню, открывается дверь, тетка-вахтерша прямо с порога спрашивает «Вы куда?». Я, мол, такой-то, в отряд космонавтов.

Сверилась со списком, потом позвонила куда-то и говорит:

— Да, пожалуйста, заходите.

Вхожу, она закрывает дверь (а замки там ого-го) и открывает вторую. За этой второй дверью стоит внимательный солдат с автоматом и дальше очень серьезный тамбур. А из тамбура лифт вниз этажа на два, там еще один солдатик, паспорт проверили, говорят - заселяйтесь.

Внизу были исследовательские лаборатории, а жили мы наверху. Кнопок у лифта было шесть, но ниже третьего этажа опускаться не доводилось.

Внутри что-то вроде режимного санатория - чисто, тепло, мягкие диваны и фикусы в горшках. Везде толстые коврики, ТВ-шашки-домино, доктора в халатах, и очень вкусно пахнет какой-то выпечкой… такой домашний запах свежего горячего теста с корочкой, яблок и корицы. Потом уже нам рассказали, что эту выпечку все время пекли в пищеблоке в отдельном закутке, а вентиляцию специально частично выводили в жилые помещения. Дескать, у мужиков запах печеного хлеба и особенно сдобы очень сильно снижает стресс и тревожность, вызывая подсознательные ассоциации с домом и уютом. А может быть кто-то из местного начальства просто сильно пироги любил.

Медики и техники в основном мужчины военной выправки, остальной персонал женщины. Тётки все взрослые, подтянутые, смотрят на тебя оценивающе, сурово, с прищуром. Со мной в комнате были ещё трое, двое ребят те самые из нашего института, а четвертый незнакомый. На кроватях комплекты белья, шикарные верблюжьи одеяла, безликие тренировочные костюмы и тапочки, как у Брюса Ли, черные ХБ с резинкой. «Вы теперь будете здесь жить.»

И как начали нас гонять! Тесты шли каждый день с 10 до 19 с перерывом на обед и полдник, физически очень тяжелые, даже изматывающие. Все исследования были разбиты на несколько этапов: специальные физиологические пробы, психология и медицинские исследования. Пробы очень разные: интересные, скучные и те, от которых старались увильнуть… но не тут-то было! Порядок в заведении был образцовый.

Самая жесть, конечно, это тесты на вестибулярный аппарат (проба Кука). Процедура заслуживает детального описания: Кресло с подголовником, как у стоматолога, оно вращается по команде с пульта. Спинка откидывается на 30° назад и на 30° вперёд. Тебя сажают, фиксируют ремнями грудь и предплечья, под пальцем правой руки кнопка экстренной отмены вращения. Сверху опускается прозрачный купол до уровня груди. Стул начинает вращаться: один оборот за две секунды, 30 оборотов по часовой стрелке, пауза 5 секунд, 30 оборотов против часовой стрелки, пауза, и по новой. А спинка при этом каждые 20 секунд откидывается назад и вперёд… и так вот нужно высидеть 10 минут. А потом встать и идти прямо 4 метра по специальной линии. Тогда ты молодец, получаешь сахарок. Через 20 минут повтор, и так в течение часа. Этих проб было две в день, утром и днём. Первый раз я высидел чуть больше двух минут. Понял, что все плохо, еле успел нажать кнопку. А кто-то из ребят вовремя не успел… тогда сразу стало ясно - зачем вокруг стула этот колпак. После того, кто не успел нажать кнопку, его и пол вокруг приходилось мыть из шланга, а мученик, шатаясь, ковылял под душ. Шмотки естественно в стирку. Как говорится - на все деньги приключение! При этом персонал проявлял уважение и заботу, помогали, даже умеренно сочувствовали.

Самыми интересными были пробы на сенсорную депривацию, когда несколько часов лежишь в специальной ванне с густым плотным раствором. Наушники и герметичные наглазники полностью блокируют слух и зрение - непонятно, где ты, что ты. Раствор нагрет до температуры тела, поэтому ориентация пропадает буквально через пару минут, даже если пальцами шевелить. Слышишь стук сердца, собственное дыхание с мельчайшими хрипами, шум крови в голове… если немного подвигать шеей - слышен хруст позвонков и связок. Я и представить не мог, насколько человек внутри шумная и беспокойная конструкция! За закрытыми глазами появляются, летя калейдоскопом, удивительно яркие и сложные образы, иногда они сплетаются в картины и целые сюжеты. Соседи по палате шутили, что с такими приходами никакой водки не надо!

С водкой (и вообще алкоголем) было очень сурово - в соглашении, которое мы подписали, стоял отдельный пункт, что за малейшее употребление на объекте сразу выгоняют из программы, ставят на вид, сообщают в институт и далее по этапу: допрос - пытки - Сибирь. Шучу, просто берегли нас, молодых идиотов. Начальство тоже было молодое и прекрасно понимало, куда в первую очередь обратят свой пытливый скучающий взор изолированные двадцатидвухлетние балбесы

Были откровенно скучные, занудные пробы - лежишь на кровати 4 часа, тебе постепенно поднимают ноги, то есть заканчиваешь ты вися головой вниз. После этого я перестал завидовать вампирам и летучим мышам… Естественно, все это под контролем ЭКГ, ЭЭГ и бог знает чего еще. Велосипед крутили в противогазе, тредмилл на экстремальных нагрузках со светошумовыми раздражителями… много всего. Да, на всех подобных тестах приходилось постоянно решать вслух арифметические примеры, которые диктует оператор, а кроме этого тесты на запоминание случайных слов и чисел.

Каждый день минимум два часа проводились психологические тесты, самыми интересными были на командное взаимодействие в условиях изоляции. Я по этим тестам (совместимость, лабильность и уживчивость) показал лучший результат за курс. Доктора после говорили, что за месяц обычно выбирали одного-двух претендентов из 15-20 человек. А я тогда показал лучший вариант за весь год! Этим тестам уделяли особенное внимание, потому как провести несколько месяцев на орбите или в открытом космосе, когда кругом двести миллионов километров мертвой пустоты - совсем разные вещи, и отношения в команде должны им соответствовать.

Кормили нас 4 раза в день, причём кормили на убой. Завтрак, обед, ужин, полдник обязательно. По 3-4 блюда, какая-то каша или паштет, шпроты, печень трески, мясо или рыба, густые мясные супы, та самая безумно вкусная местная выпечка (булочки с повидлом и пирожки с яблоком - это трагедия!..). Масла сливочного очень много, я никогда его столько не ел. Как выяснилось, пробы, особенно вращательные, можно выдержать только с полным желудком и желательно побольше жиров. Если голодный, то все, буквально 30-40 секунд, и сносит наглухо. А вот салатов и вообще сырых овощей почти не давали, зато яблоки лежали везде. А может быть это были особенности советского снабжения? Кто ж знает…

А на пятый день я вылетел. К тому времени уверенно держал пробу Кука почти 6 минут! А вылетел потому что начали по второму разу усиленно проверять зрение, у меня оказалась слабая сетчатка и глазное дно не совсем по ГОСТУ… в общем, сказали мне: «не стоит тебе дальше в космос. Не твоё это».

Как выяснилось позже - это мне повезло, потому что дальше начались тесты в барокамере. Трех человек обклеивали датчиками, сажали внутрь и задраивали люк. Дальше меняя давление имитировали медленный подъем на высоту 14000 м, а потом резко - свободное падение. Головные боли у ребят были страшные, у одного парня барабанная перепонка лопнула, у половины потом были проблемы с глазами.

Ещё в центр периодически приезжали на осмотры и реабилитацию летчики-испытатели, глубинные водолазы, даже кто-то из космонавтов был. Очень неважно они выглядели, какие-то отёкшие, как будто надутые изнутри.

Как раз незадолго до нашего появления в институте у одного из космонавтов на орбите случился приступ простатита. Так после этого всех стали усиленно проверять у уролога. А уролог был мужчина видный, мастер спорта по гребле, фактурой типа хоккеиста Овечкина - под два метра ростом, руки как лопаты. Ребята выходили после его осмотра и пальпации с квадратными глазами, потом сесть до вечера не могли.

Вот так почти неделю я крутился на околокосмической орбите гаснущего СССР. Вспоминаю это время с теплотой и печалью. Какими бы фантастическими не выглядели те планы, как бы помпезно и наивно это не звучало сейчас, но именно тот размах и масштаб определял вектор и давал импульс к развитию, ставя почти недосягаемую цель. А на ступенях и этапах достижения этой цели ковались характеры людей, которые мечтали оставить свои следы на пыльных тропинках далеких планет…

Кстати. В детстве и юности меня очень укачивало в машине и самолетах. А после пробы Кука как отрезало… до сих пор в машине на заднем сидении читаю и печатаю при любой тряске

#истории